"Я бывал везде, – сказал однажды Владимир Высоцкий. – Когда заходит разговор: "Был ли там?", я совершенно естественно отвечаю: "Был". Магадан, Дальний Восток, Чоп, Закарпатье, Юг, Средняя Азия...".*1

Если и есть в этих словах преувеличение, то совсем небольшое. Не считая многочисленных поездок по странам мира, Высоцкий побывал в 14 из 15 республик Советского Союза. Посетил он и все три закавказские республики – Азербайджан, Армению и Грузию. Бывал там на гастролях, давал концерты, просто встречался с друзьями и приятелями. Впрочем, обо всём по порядку.

Поездка в Азербайджан стала одной из первых в жизни Володи Высоцкого. Произошло это летом 1948 года, когда он с отцом и его женой, Е.Лихалатовой, приехал в гости к семье мачехи в Баку.

Естественно, ни в чьей памяти, кроме памяти родственников, приезд в Баку десятилетнего Володи сохраниться не мог, поэтому в литературе есть лишь два свидетельства об этом событии.

"Однажды из Германии мы приехали в отпуск в Баку, – рассказывала Е.Лихалатова. – Я вышла во двор и вижу: Володя собрал вокруг себя ребят и рассказывает, что он сам видел фашистов и даже одного фашиста убил. Я отозвала его и говорю: "Володя, что это такое ты рассказываешь?" А он отвечает: "А ты видишь, как внимательно они меня слушают?".*2

Рассказ Е.Лихалатовой дополняет её племянница Л.Сарнова:
"Помню, что я показывала Володе город, и Баку ему очень понравился... Старая крепость. Девичья башня, бульвар... Володя очень быстро усвоил азербайджанский акцент. И потом, через много лет, когда мы собирались вместе, он тут же начинал говорить с этим акцентом. И говорил так здорово, что, если закрыть глаза, можно было подумать, что перед тобой азербайджанец".*3

Это, замечу, абсолютно верно. Сохранилась фонограмма 1970 г., на которой Высоцкий рассказывает историю с азербайджанским акцентом и воспроизводит его, что называется, "на все сто".

Более Высоцкий, насколько мне известно, на каникулы в Баку не приезжал. Возможно, не любила там бывать Е.Лихалатова, "мама Женя", как называл её Высоцкий. Уроженка этого города, она была вывезена матерью в Астрахань во времена армянских погромов 1918-1919 гг. Оставшийся в Баку отец вскоре умер от сыпного тифа. Естественно, двухлетняя девочка помнить этого не могла, но знала со слов матери и старших сестёр и братьев.

В том же Баку в 1942 г. трагически погиб её первый муж Р.Лихалатов, чью фамилию она продолжала носить до самой смерти. Всё это, конечно, предположения, но, на мой взгляд, не лишённые оснований.

Ещё раз Высоцкий оказался в Баку в 1979 г. во время съёмок фильма "Маленькие трагедии". Рассказывает актёр И.Калныньш, исполнивший в картине роль Дона Карлоса:
"Познакомились мы в Баку, где снимались сцены Фауста с Мефистофелем. Владимир Семёнович, помимо Дона Гуана, должен был играть ещё и Мефистофеля (это малоизвестная информация, но она подтверждена словами самого Высоцкого, рассказавшего об этом замысле на выступлении перед актёрами ижевского Русского драматического театра в конце апреля 1979 г., – М.Ц.), но так получилось (не будем вдаваться в причины), что в итоге эту роль сыграл Кочегаров".*4

О том, что Высоцкий бывал в Армении, долгие годы было известно только с его слов, других источников не было.

"Однажды в Ереване какой-то человек рвался ко мне и чуть ли не стал на колени, чтобы его пропустили с заднего двора. Я подумал: "Ну, такой поклонник, ну таких не бывает просто!" – и я говорю: "Ну, пропустите его, пожалуйста, я вас умоляю!"... Он прошёл, взял лист бумаги. Я думал, – он записывал, что я сегодня пою, для них это было в диковинку. Оказалось, – он писал всё, что я делаю, и написал: "Во время выступления пил коньяк". А там они дали мне чай, нормальный обычный чай...".*5

О втором выступлении в Армении Высоцкий рассказал кинорежиссёру Е.Татарскому, а тот передал её, как запомнил, высоцковеду И.Роговому. По словам Татарского, Высоцкому однажды предложили выступить в Ереване, причём, пообещали заплатить наличными весьма немалую сумму. Высоцкий согласился, прилетел в Ереван, где у трапа его уже ждала машина. Отработал концерт, получил, как договаривались, конверт с деньгами, а в придачу ещё и ящик с фруктами и коньяк, и только после этого решил поинтересоваться: "Кстати, ребята, где я хоть выступал, скажите. Что за организация?" – "Это Комитет государственной безопасности, Владимир Семёнович".
"Он рассказывал, – говорит Е.Татарский, – "Я меняюсь в лице, а они: "Ничего-ничего, всё в порядке, приезжайте к нам снова. Спасибо Вам большое!"".*6

В 2002 г. в Москве вышла книга Д.Карапетяна "Владимир Высоцкий. Между словом и славой". Книга, на мой взгляд, во многом спорная, но, безусловно, ценная для специалистов, поскольку там в деталях описаны ранее неизвестные факты. В частности, подробно изложена история пребывания Высоцкого в Ереване в 1970 г.

Попал туда Высоцкий, в общем-то, случайно: поехали с Карапетяном в Сочи и через несколько дней оказались, что называется, "на мели". "И тогда Володя спросил: "Ты можешь организовать мне концерт в Ереване?" – "Конечно!" – "Пойдём звонить".*7

Официальных концертов оказалось три: один в клубе какого-то завода и два – в клубе КГБ. Во время последнего выступления Высоцкий, как пишет Карапетян, налил в стакан воды и характерным жестом поднял стакан: "Ваше здоровье".

Шутка имела последствия. Оказывается, на концерте присутствовал сотрудник идеологического отдела ЦК КП Армении, который довёл до сведения начальства, что Высоцкий на сцене пил водку. До Карапетяна даже дошли слухи, что на них с Высоцким завели дело в КГБ (на мой взгляд, это маловероятно, но в Советском Союзе, как пелось в известной песне, "невозможное стало возможным", поэтому историю нельзя считать совсем уж фантастичной).

В итоге Высоцкому за выступления заплатили меньше, чем обещали, и вообще ему с Карапетяном посоветовали уехать из Еревана как можно скорее.

Кроме официальных выступлений, Высоцкий пел в гостях у тогдашнего старшего тренера ереванского "Арарата" – знаменитого футболиста А.Пономарёва и физика Э.Барсегяна. О том вечере вспоминает присутствовавшая на нём поэтесса А.Тер-Акопян:

"И во время застолья, и после оного Высоцкий много и замечательно пел... Не концертное, а домашнее выступление вроде бы позволяло Володе пощадить себя, не надрываться – голосом, душой. Но Высоцкий не умел не надрываться. Артист пел так, как пел бы на большой сцене...".*8

В 2007 г. в Ереване вышла книга "Памятник". В ней стихи Высоцкого опубликованы параллельно с армянскими переводами, выполненными известным в стране поэтом и переводчиком О.Сарояном. В книге есть также несколько коротких воспоминаний соотечественников О.Сарояна, встречавшихся с Высоцким. Один из них, А.Аветисян, вспоминает:

"Мы в Севане – в ресторане "Ахтамар". В оркестре молодой человек играет на гитаре. Я попросил гитару: "За нашим столом – Высоцкий, хочет играть". Он не поверил, но дал.
С первых аккордов выяснилось, что всё правда, и... В ресторане онемели все, даже перестали есть. Все смотрели в нашу сторону. Весть о Высоцком распространилась, а чуть позже в ресторан стали заходить всё новые и новые люди..."

Гораздо больше, чем о визитах Высоцкого в Азербайджан и Армению, известно о приездах его в третью закавказскую республику – Грузию, что, впрочем, совершенно естественно: начиная с 1966 года, он бывал там, по всей вероятности, не менее десяти раз.

Гастроли в Тбилиси и Сухуми были для любимовской "Таганки" вторыми вообще и первыми за пределами России. Прошли они очень успешно, центральные грузинские газеты "Заря Востока", "Молодёжь Грузии" и "Вечерний Тбилиси" поместили весьма положительные рецензии на таганские спектакли, а одна из статей была целиком посвящена Высоцкому.

"Душевная зоркость, удивительная в начинающем актёре, виделась в комедийных героях Высоцкого, ярко выраженное отношение умного человека к каждому из них, – писал журналист Т.Чантурия. – Но вот уже почти сложившийся комик стал вдруг предельно серьёзен... Вспомним Керенского – Высоцкого в "Десяти днях, которые потрясли мир". Мы видим истеричного, лживого, отвратительного в своём страхе политического эквилибриста. И видим яростное неприятие его Высоцким-актёром, гротеск, возведённый до высоты политической сатиры, смех, убивающий наповал".*9

Сам Высоцкий о тех гастролях высказался в ироническом духе. В письме своему другу И.Кохановскому написал так: "Васёчек, как тут обсчитывают! Точность обсчёта невообразимая. Попросишь пересчитать три раза – всё равно на счетах до копеечки та же неимоверная сумма... Вымогать деньги здесь, вероятно, учат в высших учебных заведениях... Так и думаешь: этот – кончил экономический, этот – химический, а этот – просто сука. Больше ничего плохого грузины нам не делают, правда, принимают прекрасно, и вообще народ добрый и весёлый".*10

Тон письма обманывать нас не должен. Во-первых, Высоцкому тут всего 28 лет, а в этом возрасте пошутить, ой, как хочется. Во-вторых, адресат – лучший друг со школьных лет, в отношениях с которым подобное ёрничанье давно стало нормой. О том, что Высоцкий на самом деле заметил в Грузии не только обсчитывающих продавцов, вспоминает его вторая жена Л.Абрамова, ездившая с ним на гастроли.

"В какой-то мере Тбилиси – это было открытие. Мы поняли, что это город высочайшей культуры. Я не побоюсь сказать, что Володя был там просто счастлив... Мы довольно много ездили по окрестностям Тбилиси. Тогда-то мы и открыли для себя и Тбилиси, и грузинскую культуру. К нашему стыду, мы с Володей думали, что всё лучшее из Грузии учится в московских институтах".*11

В той поездке жизнь Высоцкого едва не оборвалась. Об этом случае через много лет вспомнила Л.Абрамова на вечере, посвящённом памяти друга юности Высоцкого – артиста Г.Епифанцева.

У главного режиссёра "Таганки" Ю.Любимова в Тбилиси были друзья, на дачу к которым он однажды отправился в гости в компании нескольких актёров театра. Среди них были и Высоцкий с Епифанцевым.

На берегу Куры шло настоящее грузинское застолье, которое, однако, мало интересовало Высоцкого – он в тот момент спиртное не употреблял. Когда ему надоело сидеть за столом и смотреть на пьющих, он отправился к реке, разделся и поплыл.

Течение Куры очень быстрое, вода ледяная, и Высоцкий, хоть и был отличным пловцом, не рассчитал свои силы – стало сводить ноги. Епифанцев, почувствовав неладное, прыгнул в воду, настиг Высоцкого, когда того уже почти оставили силы, и сумел вытащить его на берег.*12

Из Тбилиси труппа "Таганки" отправилась в Сухуми. Вторая половина гастролей вышла для актёров невероятно тяжёлой. По словам Л.Абрамовой, "сухумские гастроли – это усталость всей труппы и прескверное настроение – тоже у всех...".*13 И не осталось бы от той поездки никаких воспоминаний, если бы не одно обстоятельство: там Высоцкий написал ныне всем известную песню "А люди всё роптали и роптали...".

По свидетельству Л.Абрамовой, в Сухуми в ресторан было невозможно попасть. Хоть столы были накрыты, но никого не пускали, – ожидались какие-то делегации. Конечно, и в Москве таких случаев хватало, но всё дело в том, что Сухуми в этом отношении резко отличался от Тбилиси, где все были рады зазвать в гости актёров и накормить их до отвала. Тогда-то и родились строки:

А люди всё роптали и роптали,
А люди справедливости хотят:
"Мы в очереди первыми стояли,
А те, кто сзади нас, уже едят…"

Осенью 1966 г. Высоцкий снова в Грузии: в горной Сванетии снимались некоторые эпизоды "Вертикали". Об этих днях вспоминает снимавшаяся в картине актриса Л.Лужина:
"Нам был интересен весь период. Эти перевалы. Особенно, когда мы были в Сванетии, маленький городок Местия. Прекрасные времена! Помню, как жить там негде было. Жили на турбазе. Нас всех поместили в одну комнату. Я только помню, что мы жили на этой турбазе, и было страшно много мышей. Мы спали в одной комнате, а гитара же всегда была при Володе.
Ночью раздаётся такой мелодично страшно звон. Володя, что ли, проснулся, стал играть? Оказывается, мыши бегали по струнам... В Сванетии снимали всё это застолье в картине. Там же Володя подружился с Бухути Закариадзе (известный грузинский актёр, – М.Ц.), именно с этой картины".*14

Два дня, когда Высоцкий не был занят на съёмках, "расслаблялся" с режиссёром С.Говорухиным в Кутаиси и Батуми, затем вернулся в Москву.

В следующий раз Высоцкий появился в Грузии в 1968 г., и здесь мы вплотную подходим к большой и практически неисследованной пока теме его морских путешествий.

Морские круизы Высоцкий очень любил. Можно сказать, что до 1973 г., когда у него появилась возможность ездить за рубеж, круизы были его излюбленным отдыхом. Плавал Высоцкий на теплоходах "Аджария", "Шота Руставели" и "Грузия". (В 1975 и 1976 гг. совершил два круиза по Средиземному морю на "Белоруссии", но это к нашей теме не относится).

Думается, уместно сказать несколько слов о "Грузии". Со времён выхода книги Марины Влади "Владимир, или Прерванный полёт" считалось, что это судно немецкой постройки и досталось Советскому Союзу в качестве военного трофея. Однако польский филолог Д.Сиесс-Кжишковская (Danuta Siess-Krzyszkowska) написала мне со ссылкой на выпущенный в Польше справочник,*15 что на самом деле корабль построен в 1939 г. на польской верфи и был назван "Sobieski" – в честь знаменитого полководца и короля Речи Посполитой Я.Собеского. В 1950 г. корабль продали в СССР, где он и получил название "Грузия". В 1975 году судно было продано на слом в Италию, а капитан А.Гарагуля под командование получил новый корабль, имевший то же название.

Все три судна – "Аджария", "Шота Руставели" и "Грузия" – курсировали по маршруту Одесса-Батуми и заходили, в числе прочих, в грузинский порт Сухуми. Эта информация хорошо известна, и вопрос лишь в том, сколько именно круизов совершил Высоцкий.

До последнего времени точно установленными считались круизы на "Аджарии" в 1969 г., на "Шота Руставели" в 1971 и 1973 гг. и на "Грузии" – тоже в 1973-м. Но эта информация неполная, и говорю я так со ссылкой на источник весьма информированный.

Бывший капитан "Аджарии" и "Шота Руставели" А.Назаренко ныне живёт в США. По счастливому стечению обстоятельств мне удалось побеседовать с ним о Высоцком.

"Два раза – в 1968 и 1969 годах Володя был на "Аджарии". С 1970 г. я был капитаном "Шота Руставели", и Володя каждый год (выделено мной, – М.Ц.) приезжал туда. За год до смерти уже не приехал, у него уже другая жизнь была... Я просил его, чтобы он два раза за рейс выступал перед пассажирами (чтобы никто не придирался, зачем он здесь), а в остальное время он отдыхал".

Таким образом, получается, что Высоцкий бывал в Сухуми ежегодно, начиная с 1968 г. Теплоход останавливался там на целый день. Об одном из таких дней рассказал мне проживающий ныне в Канаде Л.Левитас:
"У Назаренко пассажирским помощником работал мой друг Володя Добродеев. Однажды он мне позвонил и попросил показать город одной даме, прибывшей на "Шота Руставели".
Я пришёл, пришла эта дама, он нас представил друг другу, потом говорит: "Марина любит хачапури. Ты отведи её в кафе". Отвести – нет проблем, но мне как-то непонятно – почему я? А он смеётся: "Дурачок, это же – Марина Влади! Не узнал?"
Ну, пришли мы в кафе. Тут подошли Высоцкий, Назаренко, ещё кто-то. И тут официантка заказ приносит. Узнала, кто перед ней, – чуть поднос не выронила. Потом мы поехали на пляж, а вечером Высоцкий дал концерт для экипажа".*16

Следующая поездка Высоцкого в Грузию состоялась в конце августа 1970 г. Бывший горнолыжник А.Смирнов, встречавшийся с Высоцким во время пребывания того в альплагерях, рассказал высоцковеду И.Роговому:
"На наших горнолыжных сборах были ребята из Бакуриани. Я не знаю их фамилий, а звали их Джамал и Гурам... Мы загуляли ближе к концу сборов. Очнувшись утром, я увидел Высоцкого внизу в отъезжающей машине. Кажется, они увезли его в Грузию".*17

Конечно, такую информацию нельзя было бы принимать всерьёз, если бы не одно обстоятельство, открывшееся через много лет. В сборнике "Белорусские страницы" в 2006 г. опубликованы короткие воспоминания В.Кузнецова:
"В конце августа 1970 года я, как курсант Тбилисского артиллерийского военного училища, из Москвы летел в столицу Грузии к началу занятий. Хорошо помню этот рейс, так как в самолёте летел Высоцкий. Интересно, что моё место в самолёте было рядом с его. Но за весь рейс он так и ни разу практически не присел.
Он ходил по салону, пел, развлекал публику... Помню его голос, серый пиджак и жёлтую, светлую гитару. Необычайно весёлый и жизнерадостный, он старался общаться со всеми и все с ним".*18

Таким образом, на основании анализа двух независимых друг от друга источников мы устанавливаем, что Высоцкий действительно в конце августа 1970 г. побывал в Тбилиси.

В декабре 1970 г. Высоцкий совершил ещё одно путешествие в Грузию. Да не какое-нибудь – свадебное! Об этом писала в своей книге "Владимир, или Прерванный полёт" Марина Влади. К сожалению, её воспоминаниям следует доверять с осторожностью, ибо в книге очень много неточностей, чего она и сама не отрицает.

В данном случае большие сомнения вызывает рассказ о том, что в Грузию они с Высоцким отправились на теплоходе. Напомним, что бракосочетание состоялось 1 декабря, – вряд ли в это время нашлось бы много людей, желающих совершить круиз по Чёрному морю. А сам факт верен – были Влади и Высоцкий в Тбилиси в то время. Об этом рассказывает скульптор З.Церетели, присутствовавший на их свадьбе в Москве.

"Сначала Володя решил гулять в Москве, но денег ни у кого не нашлось – нищие мы были. Марина снимала однокомнатную квартирку в доме на Котельнической набережной, туда и позвали Сашу Митту с женой, Зою Богуславскую с Андреем Вознесенским, Юрия Любимова, меня. Купили несколько бутылок шампанского... А настроения нет, Володя на диване лежал, на гитаре играл. А у меня такой характер: чувствую, будто моя вина, что праздник не состоялся. Тогда говорю: поехали в Тбилиси, там гулять будем!
И сделали свадьбу. Грандиозную! До шести утра песни пели, на бутылках танцевали, веселились. Правда, один эпизод случился: Марина случайно ударила ногой по столешнице, и вдруг огромный дубовый стол, заставленный посудой, бутылками, сложился вдвое, и всё полетело на пол. На Кавказе есть примета: если на свадьбе потолок или стол начинают сыпаться, значит, у молодых жизнь не заладится. Я это понял, и все грузины поняли, но мы постарались виду не показать, продолжали гулять, будто ничего не случилось".*19

Очень интересная история, и крайне досадно, что в другой раз З.Церетели рассказывал её несколько иначе. "Это было в то время, когда Высоцкий только что познакомился с Мариной Влади (а вовсе не на свадьбе! – М.Ц.)... В один из моментов Марина стукнула по столу рукой, и он, этот громадный дубовый стол, рухнул, – видимо, плохо были приделаны ножки... Никто не обратил на это внимания, просто посмеялись. А у меня что-то закралось в душу: я понимал, что это плохая примета".*20

В 1972 г. Высоцкий снимался у режиссёра И.Хейфица в кинофильме "Плохой хороший человек". Съёмки проходили в разных местах – в Ленинграде, Евпатории, Ялте... Сцену дуэли снимали в Бзыбьском ущелье, находящемся недалеко от Гагры. Высоцкий решил использовать свободные от съёмок вечера и дать несколько концертов.

"Он шесть раз выступал в Летнем театре, что в парке у моря. Там зрители сидели даже на платанах. К самому театру было не пробиться, Высоцкого вносили туда на руках", – вспоминал И.Чепия, в доме родителей которого жил Высоцкий во время съёмок.*21 Возможно, И.Чепия подвела память, поскольку в номере от 21 октября 1972 г. городской газеты "Авангард" указано, что Высоцкий "дал в Гагре четыре концерта".

Позднее в этом доме по улице Лермонтова, 15, был открыт маленький домашний музей Высоцкого. "В нём гитара с надписью: "Дядя Гриша, тётя Люба и дети! Спасибо за всё. Высоцкий".*22 Узнать, сохранился ли этот музей до настоящего времени, пока не удаётся.

Помимо упоминавшихся концертов в Гаграх, состоялось в описываемое время и выступление Высоцкого в Сухуми. Вспоминает актриса И.Печерникова:
"Однажды Володя приехал к папе: "Можете отдать мне ваше чадо на трое суток? Очень надо! Верну в целости и сохранности". – "Ну, если очень надо, – пожалуйста". Мы садимся в машину, едем в аэропорт, садимся в самолёт, летим в Адлер, оттуда едем в Гагры (там Володя с Олегом Далем снимался в фильме "Плохой хороший человек"), оттуда – в Сухуми на его концерт. Для этого он, оказывается, меня и вывез. Концерт был потрясающий: смешные песни, на которых я закатывалась, он пел, адресуя мне, и весь зал оборачивался. А я сидела с пылающими щеками".*23

В августе 1973 г. Высоцкий вновь навестил Г.Чепия. В тот раз они с М.Влади отдыхали в Пицунде. Там же были В.Абдулов и хорошо знавшие Высоцкого В.Суходрев и его жена И.Окуневская.

В.Суходрев оставил очень подробные воспоминания о совместном отдыхе с Высоцким. По его словам, к Чепия они попали, поскольку у Суходрева приближалась годовщина свадьбы и надо было достать хорошего вина.

Хозяин вина действительно дал огромную бутыль и денег не взял, но гостям пришлось побывать на настоящем грузинском застолье.

"Кончилось это так, как и должно было кончиться... Володя погрузил бутыль и нас с Севой в "Рено", и где-то под вечер (жёны уже начали беспокоиться) мы вернулись домой. Володя поочерёдно извлёк нас из машины – сначала Севу, потом меня, потом бутыль – и помог добраться до наших комнат".*24

Другое свидетельство В.Суходрева особенно важно. "Однажды (всё там же в Пицунде) буквально при нас у Володи родилась песня про шторм. Действительно был такой день: штормило, купаться нельзя, какая-то неопределённая погода – дождь вперемежку с солнцем... Потом дождь прошёл, и большинство отдыхающих вышли на берег полюбоваться бурным морем. На следующий день море стихло, и Володя за завтраком сказал:
"Ребята, а я песню написал – про шторм".
И прочитал её нам. Именно прочитал, а не спел. Про этот самый шторм, где он сравнивал волны с шеями лошадей, а потом переходил на себя: "Я тоже голову сломаю...". (Речь идёт о песне "Штормит весь вечер...", – М.Ц.).*25

Есть информация, что Высоцкий посетил ещё один грузинский город – Боржоми. М.Саакашвили, недавно избранный президентом Грузии, рассказал в беседе с российским тележурналистом, что однажды, когда ему было семь лет, его дядя пригласил Высоцкого в гости. Было поздно, мальчика отправили спать, но он не спал и всю ночь слушал, как поёт Высоцкий.*26

Саакашвили родился в декабре 1967 г., так что, по всей вероятности, это домашнее выступление Высоцкого состоялось в 1973-1975 гг. Других данных о пребывании Высоцкого в Боржоми пока нет.

Последний раз Высоцкий был в Грузии в 1979 г. В сентябре-октябре того года "Таганка" гастролировала в Тбилиси. Как позднее вспоминал актёр Д.Межевич, "гастроли проходили на нервах, театр бурлил, Юрий Петрович периодически отъезжал, был кризис".*27

Не меньше, чем на других, обстановка в театре отразилась и на Высоцком. К тому же добавилось неожиданное и весьма неприятное обстоятельство.

Высоцкий вместе с В.Золотухиным, Л.Филатовым и Д.Межевичем прилетел в Тбилиси раньше остальной труппы. Предполагалось, что в течение пяти дней они будут по два раза в день играть спектакль "В поисках жанра". (Здесь, правда, следует сделать оговорку: несмотря упоминание имени Д.Межевича в анонсах тбилисских выступлений, сам актёр в беседе с московским высоцковедом П.Евдокимовым заявил, что в столице Грузии в спектаклях "В поисках жанра" он не участвовал).

В полном смысле слова спектаклем это действо назвать было нельзя. Скорее, это был концерт, в котором каждый из четырёх артистов показывал то, что он умел делать помимо актёрства. Высоцкий пел свои песни, Золотухин читал отрывки из своей прозы, Филатов читал пародии, а Межевич исполнял песни на стихи Б.Окуджавы.

Такие спектакли-концерты проходили во многих местах – в Москве, Ленинграде, Ижевске, и всегда собирали полные залы. В Тбилиси же интерес был настолько низок, что пять из десяти спектаклей пришлось отменить. Высоцкий очень переживал, хотя его сольные выступления в научно-исследовательских институтах города проходили, как всегда, с аншлагом. Только позже он узнал, что тбилисцы вообще не любят ходить в свой дворец спорта на концерты – там плохая акустика.

Помимо участия в спектаклях, Высоцкий давал и сольные концерты. Два таких выступления состоялись в Тбилисском научно-исследовательском институте микроэлектроники "Мион" (НИИ МИОН). Присутствовавший на обоих концертах Н.Букия рассказывает:
"Концерты у нас организовал инженер Миша Колесницкий. Оба концерта прошли в один день. У нас там есть и НИИ, и завод. Завод заканчивал работу раньше, поэтому первый концерт был для заводчан, второй – для работников НИИ.
Записи выступлений делал я и слушал выступление из радиорубки. В перерыве он забежал к нам туда минут на пятнадцать. Весь взмокший, единственное сухое место – след на рубашке от гитары. Выпил целый графин воды. Народ, естественно, его уже ждал, закидал вопросами. Он говорит: "Ребята, потом, я тороплюсь".
Уже на ходу я его спросил: "А можете исполнить на заказ?" – Он говорит :" Что именно?" – Я попросил: "Чужую колею". – Он сказал: "Ладно, будет" – и убежал.
Мы успели сделать с ним одно групповое фото на память, но я свой экземпляр потерял".*28

А в заключение хочу познакомить читателей с историей, рассказанной мне Вахтангом Кикабидзе.
"В 1976 году я пришёл к Высоцкому на "Мосфильм". Хотел спеть его "Коней" и попросил разрешения. Володя отказал. Сказал: "Ты споёшь по-другому, не так, как я". А в 1994 году возникла идея – американская, кстати, – чтобы я выступил в турне по Америке с песнями Высоцкого. Я подумал и отказался. Всё-таки, это не моё".*29

Однако одну песню Высоцкого В.Кикабидзе всё же исполнил. Это была "Песня о друге", заключающая грандиозное шоу в московском дворце "Олимпийском", посвящённое 60-летию Высоцкого. И так он её спел, что мне сразу вспомнились слова З.Церетели: "В Грузии Володю очень любили...".

К 70-летию Высоцкого в Грузии вышел диск "Я люблю – и, значит, я живу...", в который включены тринадцать песен Высоцкого в исполнении "звёзд" грузинской эстрады. В Тбилиси был проведён вечер памяти, а журнал "Русский клуб" поместил в1-м номере за 2008 г. развёрнутый материал о российском поэте. В Грузии Высоцкого продолжают любить...

Рекомендуем: