"Поэт после смерти принадлежит всем"? Если - да, то только творчество или вся жизнь? Высоцкий в одном из интервью сказал: "Да зачем вам факты моей биографии?.. В моей жизни были другие моменты, которые для меня гораздо важнее".
Теперь нам интересно и важно всё - не только спектакли и фильмы, песни и стихи, но также люди и события, все мелочи и детали. Но где предел нормальному человеческому любопытству? Чем и как оно ограничивается? Разумеется, не только естественной деликатностью, но и правом: строгими законами, которые - как известно - возвышают нравы. Агрессивная неправда, оскорбление памяти должны быть наказуемы не только силой общественного мнения, но и судебными приговорами.

Ещё один вопрос: кто имеет право вспоминать о Высоцком? - конечно, все. Вообще наше время особенно нуждается в правде и подлинности: резко возросла цена "человеческих документов" - писем, дневников, воспоминаний... Подлинность собираемых мной материалов в том, что все они основаны на живом чловеческом слове. На слове, которое сказано, произнесено... Что, разумеется, не гарантирует полной правды, а тем более - абсолютной точности. Память человеческая, увы, несовершенна.
Но усилия приблизиться и понять живого Высоцкого не напрасны. Более того, они необходимы, пока живут и здравствуют люди, знавшие его.
Валерий Перевозчиков

"ВАЛИ ВСЁ НА ВЫСОЦКУ!"
Вспоминает Валерий Янклович

Почему я всё это решил рассказать? Я считаю так: жизнь есть жизнь, всё что было - было. И Володя был таким, каким он был...

Начнём с того, что до 1978 года бюджет Высоцкого складывался достаточно рвано и случайно. Он регулярно получал 150 рублей в театре, а остальное... Редкие гонорары за фильмы, а главное - концертная деятельность. Но в концертах никакой системы не было - чаще всего "левые" выступления в различных институтах и организациях, где он всегда получал наличными. Первыми "официальными" концертами были выступления через общество "Знание" - я уже рассказывал об этом. Но системы не было и здесь.
И вот в театре к Володе подошёл один администратор. Вернее, он просто залез в машину к Высоцкому и сказал:
- Владимир Семёнович, выручайте!.. Мы будем платить вам по триста рублей за концерт...
Тогда это была очень приличная сумма, и Высоцкий, не выясняя, как эти деньги будут платить, сразу же согласился. Они обещали по пять концертов в день, и Володя прикинул, что за пять-десять дней он сможет заработать большую сумму. А потом месяц или два у него будет возможность спокойно жить и работать.
Я уже тогда говорил ему, что не стоит связываться.
- Валера, ты пойми: то всё случайно...
Конечно, это был адский труд - пять концертов в день - но Володя пошёл на это. Он согласился, совершенно не вникая, откуда возникнут эти деньги. Администраторы - обещали прлатить вперёд , более того - если не будет
получаться по пять концертов, то они будут доплачивать "из своих". А что значит "из своих" - Володя не поинтересовался. Действительно, первые два раза ему заплатили вперёд, но потом стали расчитываться после концертов. И когда не получалось по пять концертов, Володя говорил:
- Ну ладно, было три концерта - давайте за три.
Откуда же брались деньги? Ведь его ставка была девятнадцать рублей. А получались эти триста рублей так: допустим, они берут Дворец спорта, там работают в общей программе Высоцкий и два ансамбля. Ансамбли работали пять вечеров, а получали за три. Остальные деньги отдавали организаторам - и из этих денег те доплачивали Высоцкому.
Когда администраторы на этом попались, то естественно встал вопрос: куда делись эти деньги? Они ответели, что себе ничего не брали, и всё отдавали артистам. Там фигурировали Хазанов, Пугачёва, Высоцкий... Вот и возникали все эти процессы. Повторяю, когда администраторы или директора филармоний попадались, они говорили:
- А мы себе эти деньги не брали... - расчитывая на то, что Высоцкому всё равно ничего не будет: ведь он всё же получал деньги за свой труд. Мол, Высоцкий всё возмёт на себя, а они проскочат.
Когда Володя всё это понял, было уже поздно: почти сразу возникли три уголовных дела. Первое - ижевское...
Люди из Ижевска пришли ко мне в театр с просьбой посодействовать участию Любимова в их мероприятиях. В качестве режиссёра, разумеется. (Высоцкий ещё работал втеатре, но был на грани ухода). Петрович согласился. За постановку спектакля "В поисках жанра" на сцене Дворца спорта ему обещали 1200 рублей. Договорились, что Володя отработает в этом спектакле, а потом ещё пять дней будет выступать один. Всё так и было (я поехал вместе с ним). Отработали спектакль - Золотухин, Филатов, Медведев и Межевич уехали, а Володя остался. Но выступать он должен был уже в другом городе - Глазове.
Я делаю расчёты в Ижевске, вдруг телефонный звонок Высоцкого:
- Срочно приезжай! Здесьтворится что-то ужасное!
Еду в Глазов. Ночь, темень, все дороги размыты. Приезжаю в гостиницу - человека, с которым мы договаривались, вообще нет. Другие люди, я их в первый раз вижу. Говорю:
- У нас спектакль, мы уезжаем.
- Как это уезжаете?! Срываются концерты!
На следующий день выясняется, что зрителей нет. Дороги размыты и почти никто в Глазов добраться не смог. В зале сидели около ста солдат. Хотя была договорённость, что люди всё равно приедут - на подводах.
Короче говоря, Высоцкий всё бросает и уезжает. Это была ранняя весна 1979 года. Организаторы всё равно должны были заплатить, такая была договорённость. А состоялись концерты или нет - это Высоцкого не касалось. Они заплатили. И в Ижевске Володя по доверенности получил 1200 рублей для Любимова.
Проходит какое-то время. Театр едет на гастроли в Минск. И там к Высоцкому подошёл человек якобы от Общества книголюбов и предложил выступить. Меня на этих гастролях, летом 1979 года, не было. Тот человек сказал, что платить будут по сто пятьдесят рублей за концерт. Володя согласился, провёл два концерта, но остальные выступления сорвал... И когда подошёл отпуск, то сказал мне:
- Знаешь, мне надо отрабатывать в Минске.
И мы вместе поехали в Минск,
Володя пел в каком-то институте... А меня сразу немного смутил этот организатор. Я всегда интересуюсь, есть ли билеты какие они... А этот человек не подпускал меня, говорил "Всё в порядке, все билеты распространены..."
На следующий день за нами никто не приехал. Едем сами и видим - у института милиция, и висит объявление:
"Из-за болезни артиста Высоцкого концерты отменяются".
Оказывается, организатора вызвали в горком партии и стали спрашивать: "Кто и как пригласил Высоцкого? Сколько он получает?.." И выяснилось, что этот тип к билетам по пятьдесят копеек штампиком ставил двойку
- и получалось "2.50". А когда он попался, то тоже говорил:
- Я всё отдавал Высоцкому. И отдавал в присутствии Янкловича.
Поэтому и меня таскали по этому делу. Но случился нормальный следователь, который быстро во всём разобрался. Он понял, что организатор концертов просто грабил всех... И дело быстро закончилось.
Но всё это происходило на фоне обострения Володиной болезни и начинающегося упадка сил... А незадолго до поездки в Минск был трудный разговор с Мариной, и Володя сказал мне, что вероятно не сможет поехать в Париж...
Начинается отпуск - и впервые за последние годы Володя не едет за границу. Я сказал ему, что тоже неважно себя чувствую, хочу отдохнуть, и поеду в Сочи.Володя:
- Ладно, ты поезжай
Я еду в Сочи, мы каждый день переписываемся. И вдруг он говорит:
- Ты знаешь, я завтра к тебе прилечу.
Я жил в санатории "Адлер", иду к директору. А в санатории только что была ревизия, ему за что-то попало, и он категорически отказывает:
- Мне всё равно, Высоцкий приезжает или не Высоцкий - ничего не могу сделать.
Я устроил скандал... Общими усилиями - вмешались Галина Волчек и Валентин Гафт - мы всё-таки вырвали талоны на питание, а жить Володя должен был в моём номере.
Он превёл себя в порядок, приехал в очень хорошем состоянии... Совсем недавно прошли "Маленькие трагедии" - его все узнавали, не давали прохода. Пошли в ресторан - столик сразу окружили, не дали толком пообедать. Володя расстроился:
- Пошли в другое место, там можно спокойно посидеть.
Мы полезли наверх, в какую-то шашлычную. Закрыто. Вдруг он говорит:
- Остановитесь. Вон там, по-моему... олень... Оказалось - лось. Володя подошёл к нему, погладил... Потом стал читать какие-то стихи. Но я вижу, что состояние у него уже неважное. Возвращаемся в санаторий. А я жил в номере рядом с Алексидзе (он тогда был председателем Союза театральных деятелей Грузии). Он говорит:
- Вы знаете, к вам залезли воры.
- Как это - залезли воры?!
- А очень просто, через балкон.
Входим в номер. Украли зонт,- Володины джинсы и куртку. Бритву "Филлипс" почему-то оставили. А в куртке у него были паспорт, водителское удостоверение, другие документы, ключ от московской квартиры- в общем, всё! Даже из Сочи не вылетишь, а он всё же собрался лететь к Марине.
На следующее утро мы пошли в милицию. Начальника нет. Все стали глазеть на Высоцкого, это начало его раздражать... Пришёл начальник, завёл разговор о задержании какого-то барыги... Наконец "дали нужную справку. Мы поехали в аэропорт за билетом. Возвращаемся в санаторий - лежат куртка и письмо на имя Высоцкого.
Вскрываем письмо оно примерно такого содержания: "Дорогой Владимир Семёнович! Прости, не знали, чьи это вещи. К сожалению, джинсы мы уже продали. Возвращаем "куртку и документы".
А я уже позвонил в Москву администратору, чтобы тот вызвал хорошего слесаря: надо было открыть Володину квартиру, а там был американский замок, который и взломать . - то очень сложно ...
Володя o возвращается в Москву - и узнает, что арестованы все организаторы концертов в Ижевске, ведётся следствие. Следователи собираються допросить Володю и меня. Он звонит в Сочи:
- Приезжай !
Я бросаю все, срочно вылетаю. Но тут начинаются гастроли Таганки в Тбилиси. Планировались выступления Высоцкого в спектакле " В поисках жанра" вместе з Золотухиним, Филатовым, Межевичем.В течении пяти дней по два спектакля во Дворце спорта, а уже потом начинались официальные гастроли Театра на Таганке.
Мы приезжаем, и неожиданно выясняется, что зритель - во Дворец спорта не идёт. Все билеты на "Мастера и Маргариту", на "Гамлета" давно проданы , а на "Поиски жанра" (практически на Высоцкого)- никаких аншлагов. Вместо десяти спектаклей прошло всего пять. А вот на концертах в институтах и других залах были "битковые сборы. Это несколько приободрило Володю, а то он очень переживал... И только позже мы узнали, что тбилисцы вообще не любят ходить в свой Дворец спорта.
Возвращаемся в Москву - это уже конец сентября. Нас с Володей вызывают в Ижевск. Советуемся со знакомой юристом - ехать не ехать. Эта женщина говорит:
- Ни в коем случае ! Если им надо, то пусть приезжают в Москву.
А в Ижевске уже назначают дату суда. Но юрист повторяет:
"Ехать не надо !"
Ноябрь - декабрь. Следователи шлют повестки в театр, грозят арестом...
Подходит Новый год. Встречать его мы должны были на даче у Володарского. 31 декабря - Марина уже давно на даче, а у нас ещё ничего нет. Мы заезжаем в магазин, покупаем огромный кусок мяса. Володя едет на дачу, а нас с Севой Абдуловим просит захватить с собой знакомых девушек- мол, собирали компанию, мотались по всей Москве...
Приезжаем на дачу, мясо уже готово. У Володарского - Трифонов, Аксёнов... Настроение праздничное. Всё идет нормально, Володя немного размяк. И вдруг он мне говорит:
- Скажи Марине, что тебе срочно надо в Москву...
Подхожу к Марине:
- Ты знаешь, мне надо в театр, на утренний спектакль.
А Володе говорю:
-- Ты подбросишь меня до oтрассы?
- Да, конечно.
Марина:
- Но только до трассы ?
- Да, только до трассы.
Мы садимся в машину (Сева тоже поехал) - и Володя гонит на скорости двести километров, не обращая внимания ни на светофоры, ни на перекрёстки...
На Ленинском проспекте, прямо напротив Первой Градской больницы, машина врезается в троллейбус. Сева ломает руку, у меня сотрясение мозга. Подъезжает "скорая". Володя пересаживает нас туда, а сам на десять минут уезжает на такси. Вскоре появляется в больнице - поднимает на ноги всех врачей! Мне делают уколы, Севе вправляют руку. Первого января вся Москва гудела, что Высоцкий насмертъ разбился на своей машине.
Начинается дело об аварии. И вот практически в течение одного года - несколько уголовных дел.
Одно дело ещё не заканчивалось, начиналось другое.
И третьего января ( а может быть, четвёртого или пятого - уже не помню точно,) в больнице появляется следователь по особо важным делам полковник Крапец.
Он решил развернугь громкое дело... В разное время в Ижевске выступали разные артисты:
Хазанов, Высоцкий ... - но проводила их концерты одна группа администраторов. Кравец. ухватился за Высоцкого имя - то одиозное. И дело Высоцкого! он решил раздуть, во что бы то ни стало.
Администраторы попались на махинациях с билетами (люди они были безграмотные и не имевшие никакого отношения к искусству). Следователь показывал фотографии неполностью сгоревших билетов. А ещё он показал фотографию: на тюремной стене один другому написал: "Вали всё на Высоцку. Ты был пьян.Он тебя вытащит''.
Но Кравец зацепился за показания администраторов, а Володю и меня уже не слушал. Они говорили, что отдали деньги Высоцкому - он верил только им. А поскольку это якобы было хищение, то всё было очень серьёзно.
И вот Кравец вызывает меня из палаты на допрос. Сева звонит Высоцкому ( мы с Севой в одной палате). Высоцкий с Вадимом Тумановым появляются через двадцать минут. Врываются в комнату, где идёт допрос. Мне Володя говорит:
-Возвращайся в палату!
Кравец:
- Владимир Семёнович, что это такое?!
- А вы вообще - давайте отсюда! Какое вы имеете право допрашивать человека в больнице? У вас что - есть разрешение ?
-- Нет, но я его получу.
-- Вот получите, тогда другое дело.
-- А между прочим, Владимир Семёнович, у меня есть санкция прокурора допросить и вас.
На следующий день Кравец снова приходит в больницу, но уже в сопровождении московского человека, и с разрешением на допрос в присуствии врача допрашивает меня.
Тогда Высоцкий поехал к начальнику Следственного отдела Прокуратуры Союза. Через десять минут - звонок в больницу. К телефону подходит московский полковник. Их обоих ( его и ижевского следователя) вызывают к этому генералу. И когда их вызвали на ковёр, - то один из них сказал:
- Товарищ генерал! Вы знаете, в больнице Высоцкий козырял вашим именем. Называя вашу фамилию, грозил, что сгроит нас, - чего на самом деле не было. Но они хотели скомпрометировать Володю перед этим начальником, и тот потом его не принял. А помощик сказал:
- Владимир Семенович вы вели себя недостойно. Товарищ генерал несможет вас принять.
Уезжая в Ижевск, Кравец оставляет ещё один материал на Высоцкого - по делу об автомобильной аварии. Естественно, мы с Севой пишем заявление о том, что никаких претензий - к Высоцком.у не имеем. Но это не помогло. Более того, Кравец " делает бумагу" о том, что Высоцкий сознательно разбил машину, чтобы укрыть в больнице свидетеля Янкловича -- свидетеля по ижевскому делу. Мы поднимаем на ноги всех своих знакомых... Но уже никто помочь не мог.
В общем, всех нас вызывают на Петровку. И я понял, что всё это неспроста: они хотят сделать что - то с Высоцким. Даже Любимова допрашивали, получил ли он деньги, выданные Высоцкому по доверенности. Петрович отетил, что конечно, получил.
Дальше. Было ведь ещё харьковское дело. Там администраторы как делали ? Оплаты у них нет. Брали справку Высоцкого о концертной ставке - девятнадцать рублей, - дописывали туда, что у него сольный концерт (как бы три ставки). Получали деньги, а Высоцкому давали на подпись. А он же никогда не смотрел, за что расписывается. Когда выяснилось, что справки поддельные, мы с Володей пошли к адвокату. Он сказал, что ничем не может помочь.
Спасло то, что в нотариальной конторе была сделана копия справки Высоцкого. Нотариус подтвердил, что на этой справке нет никаких приписок - и дело не очень коснулось Высоцкого.
Когда стало ясно, что справка подделана не им, дело перешло на администратора.
Тем временем наступает весна. Дело об автомобильной аварии не закрыто, а только по нему Высоцкого могут осудить на срок до трёх лет. Ижевское дело тоже не закрывается, и уже окончательно назначена дата суда - требуют присутствия Высоцкого. Телеграфируем в Ижевск, что выехать не можем, все свои показания подтверждаем. Суд вроде бы это принимает. Хотя одного нашего приятеля . - Николая Тамразова - все -таки заставили туда приехать. На Высоцкого, видимо, такой санкции не было.
Суд.в Ижевске заканчивается. Мне выносят частное определение, а Высоцкий должен выплатить две с половиной тысячи рублей - якобы незаконно полученных.
Вот такая ситуация сложилась к лету 1980 года".:. Все сплелось в один клубок.

Высоцкий "Время, наследие, судьба" N2-1992г

Рекомендуем: