Р.У. – Высоцкий очень любил цыганскую музыку. Он часто ходил в цыганский театр "Ромэн" в Москве. Мы были знакомы, там такая компашечка была... К тому же, Володя очень симпатизировал мне. Это не было какими-то там любовными отношениями. Просто он очень уважал меня за то, что я была одна и растила двоих детей. Ну, и он меня любил как актрису.
Мы очень-очень дружили с Володей. Когда мы ездили на гастроли, он брал Наташку, дочку мою, и присматривал за ней. У нас с ним были отношения, как у брата с сестрой.
Вы знаете, он ещё меня очень уважал за то, что я – и это до сих пор так – не попробовала ни капли водки или пива. Это для него было просто на высшем уровне, что я никогда не пробовала алкоголь.

М.Ц. – То есть, умение веселиться без водки.
Р.У. – Да-да! (смеётся). А однажды мы были у одной знакомой. Фамилию не помню уже, а звали её Неля, она работала в "Литературной газете", наверное, сейчас уже на пенсии. Мы всегда собирались у неё. И вот, в тот раз мы собрались, а Володя в тот момент писал текст песни для какого-то фильма. Мы с ним закрылись в комнате, и я ему помогала писать этот текст.

М.Ц. – А что за текст, не помните?
Р.У. – Ой, я уже забыла... Столько лет прошло, это было так давно, больше сорока лет прошло!
И вот так мы дружили. Ездили в лес, делали шашлыки, ловили рыбу, играли на гитарах. Я пела ему, он пел мне. А иногда играли на двух гитарах – я играла соло, а он аккомпанировал. Так шутили с ним всегда! В общем, была очень-очень красивая дружба.
Мне немножко не нравилось в нём, что Володя очень много употреблял алкоголя. Но на сцену он никогда выпивши не выходил. Сцена была для него святое. А уж после сцены он мог...
Потом я уехала в Норвегию. Через некоторое время Володя написал песню, там в конце упоминается Норвегия, а песня называется "Она была в Париже", потому что я же долго работала в Париже.
И вот ещё такой случай был. Однажды Володя приехал на гастроли в Париж. Он работал в "Олимпии". Ну, Вы знаете, что такое "Олимпия", это же знаменитый концертный зал.*1 У меня в это время были гастроли, а Наташа пошла туда.
После концерта она ему говорит: "Володя, ты меня узнал?" Он на неё смотрит, смотрит... – "Ой, Наташенька!" – Стал плакать и обнимать её. – "А где мама?" Наташа говорит: "Мама на гастролях". Рассказала ему о моей работе. Он был в Париже два или три дня, и я его не встретила, а очень хотелось.

М.Ц. – И Вы никогда не встречались с Высоцким в Париже?
Р.У. – Нет, никогда не получалось. Я работала в Лос-Анджелесе, в Сан-Франциско, в арабских странах. Никогда мы не совпали в Париже.

М.Ц. – Вы сказали, что в Москве Вы с Высоцким входили в одну "компашечку". А кто ещё туда входил?
Р.У. – Актёры театра "Ромэн". Если я правильно помню, то там бывали Ташкентский,*2 Шишков,*3 бывали некоторые наши актрисы, но они уже умерли.

М.Ц. – Вы познакомились с Высоцким, когда он уже был актёром "Таганки", или раньше?
Р.У. – Да, он работал на "Таганке", а цыганский театр иногда показывал спектакли в помещении их театра. Володя всегда ходил на эти спектакли, он их обожал! Мы очень часто там работали. Цыганский театр в те времена был очень популярен. Настолько популярен, что мы не получали никаких дотаций, мы были на самоокупаемости, билеты продавались вперёд на полгода.
Вот так, как я понимаю, мы и познакомились с Володей. Когда мы работали на Таганке, он пришёл за кулисы поблагодарить меня.

М.Ц. – Вы играли главные роли в спектаклях Вашего театра. Высоцкий Вас видел во всех этих ролях?
Р.У. – Да. Ему нравилась моя роль в "Плясунье". Вы знаете, когда я была в Москве, я не очень занималась пением. Я была драматическая актриса, комедийная актриса, играла всех и всё. И вот однажды в этой "Плясунье" я должна была петь романс. И Ром-Лебедев*4 хотел, чтобы я пела. Я говорила: "Ой, Иван Иванович, пожалуйста, спойте Вы. А я буду сидеть, слушать... Я покажу весь процесс, что происходит в моей душе".
Он говорит: "Нет, возьмёшь гитару и споёшь этот романс". Я опять: "Иван Иванович, да я никогда в жизни..." Он как топнул ногой! Он большой был, испугалась я... Взяла гитару и начала петь. Вот с тех пор и пою.
Спектакль был очень драматичный. Эта плясунья ходила по деревням, плясала и просила хлеба. А потом один богатый забрал её во дворец, она зажила, как принцесса, но, в конце концов, ей это надоело, она одела своё цыганское платье и хотела убежать, но он её застрелил. И так она покатилась по лестнице, а в это время хор поёт цыганскую песню. Такой был красивый спектакль!

М.Ц. – У Вас не сохранилось ли фотографий Высоцкого?
Р.У. – К сожалению, нет. У меня были фотографии в Москве, но они исчезли, кто-то их украл.

М.Ц. – Какое Ваше мнение о Высоцком как о музыканте?
Р.У. – Ой, ну это гениальный человек! Кто может Вам сказать что-то другое! Это был человек-великан. В первую очередь, это был уникальный человек, добрейший, прекрасный. Во-вторых, он был гениальным актёром, музыкантом, поэтом.
Он погиб нелепой смертью. Он мог бы ещё жить и жить, творить и творить. Знаете, я иногда возьму гитару, пою и заплачу...

17.06.2006 г.

Рекомендуем: