М.Ц. – Вы хорошо знали Высоцкого?
И.Г. – Ну как Вам сказать... Мы знали друг друга, но не могу сказать, что мы дружили и часто встречались. Вы сейчас относитесь к Высоцкому, как к Святой Мадонне, а когда он начинал, то в нормальной интеллигентской среде его не воспринимали. У него был хриплый голос, манеры соответствующие. Мне лично тогда его песни не нравились. Мне нравился Галич, Окуджава.

М.Ц. – Когда Высоцкий писал свои ранние песни, Вы уже были знакомы лично, или знали только эти песни?
И.Г. – Ну, Вы знаете, киношный мир... Дом кино был клубом нашим, туда многие приходили. Так что я видел там и Высоцкого. В обращении он был прост, мы сразу перешли на "ты". Но близости душевной между нами не было.
Я могу Вам сказать своё впечатление. На него подействовала Марина Влади. Он влюбился по уши.
Как Влади стала сниматься в Союзе... Был такой журналист Семён Черток. Он хорошо знаком был со всей семьёй Поляковых-Байдаровых. Он Марине сказал, что надо бы ей уже переходить на более возрастные роли, а то она всё играла девчонок, вроде как в "Колдунье". Семён ей посоветовал: "Тебе надо сыграть какую-нибудь русскую классику".
В тот момент у Юткевича возникла идея "Сюжета для небольшого рассказа". Марина говорит: "Я с удовольствием сыграю!" Но проблема была с гонораром. На тот момент в Советском Союзе не могли выплатить ей весь гонорар во франках. В конце концов, договорились, что пятьдесят процентов гонорара ей выплатят франками, а пятьдесят – рублями. На эти деньги Марина могла в Москве купить и меха, и драгоценности ниже тех цен, которые она платила в Париже. Ну и другое было – детей в пионерские лагеря она отправляла, чтобы они лучше знали русский язык.
Короче, она согласилась сниматься, и когда она начала регулярно бывать в Москве, у Высоцкого голова просто пошла кругом. Её поселили в гостинице "Советская", и Высоцкий регулярно ломился в её номер. Она его тогда не воспринимала, и просила нас с Семёном не пускать его в номер к ней.
А однажды был такой случай. В Москве был корреспондент Макс Лион. Мы у него иногда собирались попить чайку, пообщаться, поговорить. И вот мы сидим, – и вдруг вечером после спектакля появляется Высоцкий. Присел около Марины и начал петь замечательные песни. Не блатные, а именно те песни, которые остались после него.
Видимо, это любовь на него так подействовала. И тогда я сказал себе: "Ого! Какие парень стал песни петь..." После этого моё впечатление о его творчестве изменилось полностью. После того вечера я понял, что есть такой поэт – Владимир Высоцкий.
Марина очень много сделала для него. В его образе, в отношении к жизни очень многое поменялось благодаря ей. Она ему жизнь лет на десять продлила.

М.Ц. – Вы встречались с Высоцким в связи с тремя фильмами, насколько я знаю. Сначала в 1971 году Вы сделали фотопробы на роль Крестовского для "Земли Санникова"...
И.Г. – Да-да, правильно. Володя попросил меня встретиться на "Мосфильме" и сделать несколько фотографий. На одном кадре Володя там в моём полушубке снят.

М.Ц. – Потом в 1974 году Вы встречались с Высоцким в Югославии на съёмках "Единственной дороги".
И.Г. – Да, но только не в Югославии, а на Западной Украине, под Ужгородом. В Югославии тоже были съёмки, но я там не был. Я же не фотограф группы, а фотожурналист. Когда я узнал, что Высоцкий будет сниматься, я специально прилетел туда на несколько дней.

М.Ц. – И, наконец, известны Ваши снимки, сделанные на съёмках фильма "Как царь Пётр арапа женил"...
И.Г. – Да, я присутствовал на съёмках. Володя не хотел краситься. Его же для роли Арапа должны были подкрашивать, а он не хотел, это всегда вызывало бурю протестов. Митту он не слушался. И ещё был случай такой...
Михаил Глузский в той картине играл роль шута Балакирева. И так играл, что если бы так всё продолжалось, то снял бы Митта фильм не про арапа, а про шута. Играл потрясающе! Он нашёл какие-то шутки того времени, всякие приколы, которые Балакирев делал. Но Володя начал втихаря возражать, он видел, что Глузский его переигрывает. Там не увидеть этого было нельзя, Глузский был на голову выше... Высоцкий начал нажимать на Митту, на которого вдобавок и начальство давило, потому что там были в речах шута всякие намёки на современность. В результате роль Глузского сильно покромсали – не без участия Володи.

М.Ц. – А почему у Высоцкого была такая проблема, – чтоб его красили?
И.Г. – Он почему-то считал, что он своей игрой сможет и без грима показать характер Арапа. Тогда как раз Олег Янковский вышел в театре играть Ленина без грима. И все сразу: "Ах, какая новинка!" Володю это задело. Как же так: Янковский может играть без грима, а я не могу?!
Ну, Митта, конечно, не дал ему сыграть Арапа белым, да и начальство киношное не позволило бы, но Володя настоял на том, чтоб был он в фильме таким чуть-чуть загорелым.

М.Ц. – Вы в одном из интервью рассказывали, что однажды в перерывах между съёмками фильма "Иван Васильевич меняет профессию" Ю.Яковлев в гриме Ивана Грозного слушал магнитофон, а потом пришёл режиссёр Л.Гайдай, которому понравилась эта идея, и он закрепил её в фильме. В картине Иван Грозный слушает Высоцкого. Хотелось бы знать: в фильме использована та запись, которую Ю.Яковлев слушал в перерыве?
И.Г. – Нет, там слушали другую музыку, а потом Гайдай решил использовать голос Высоцкого.

М.Ц. – Кроме тех случаев, о которых мы говорили, Вы ещё снимали Высоцкого?
И.Г. – Да, вроде, нет... Вот Валера Плотников сразу почувствовал конъюнктуру. Я вот стеснялся приставать к Володе и Марине с просьбой сделать их портреты. Хотя я знал, что если я попрошу, они мне в этом не откажут. Я не лезу в личную жизнь человека, актёра, пока он мне сам этого не предложит. А они не предложили – потому и не снимал их.
Тут и другая причина была... Я не знал, что я хотел сказать портретом Высоцкого. Для меня лично портрет – очень тяжёлое испытание, я к нему долго готовлюсь. Сейчас прошло время, и многих актёров, которых я снимал, теперь просто не знают. Но портрет должен жить долго. Как "Дама с горностаем", например. Никто уже не знает, кто эта дама, но портрет привлекает внимание независимо от этого. В фотографии то же самое: зрителя привлекает фоторассказ, и я стараюсь что-то об этом человеке рассказать.
А что я хотел рассказать о Высоцком, я не знал. Я довольно скептически отношусь к его актёрским способностям. Недавно показывали по телевидению сцены из спектаклей с его участием, я ещё раз убедился, что актёром он был среднего уровня. Голосом брал, криком.
Но за песни я его уважал. Не думал я, что он способен на такой рывок, на такой скачок.

7.03.2009 г.

Рекомендуем: