М.Ц. – В одной из своих книг Вы описали очень любопытную историю встречи Владимира Высоцкого и первого исполнителя роли Джеймса Бонда Шона Коннери.*1 Мне, как биографу Высоцкого, важно знать: это описание полностью соответствует действительности?
Б.К. – Да, это всё так и было. Стоит Шон Коннери – и на него никакого внимания. Он даже нервничал из-за этого, потому что – ну как же так! Везде он "звезда", пройти не дадут, а тут, в такой, вроде, кинематографической стране, – ноль внимания.

М.Ц. – В той же книге Вы приводите рассказ режиссёра Михаила Калатозова, который был свидетелем того, как одна из фанаток Коннери оторвала с его пиджака пуговицу на память. Вы рассказывали об этом Высоцкому?
Б.К. – Не помню, но, кажется, не рассказывал. А в песне это действительно есть: "на клочья разорвут".

М.Ц. – Вы, конечно, знаете текст, которым Высоцкий всегда предварял исполнение песни "Про Джеймса Бонда". Он рассказывал о том, что Шон Коннери устроил банкет, а его там знать никто не знал, так что он потом повторял: "Да, это действительно таинственная страна". Был такой банкет?
Б.К. – Да, банкет был, об этом я Володе рассказывал. Коннери как-то подошёл ко мне и говорит: "У нас по закону Голливуда "звезда" всегда устраивает приём для группы. Как ты считаешь, кого пригласить?" Я говорю: "Шон, да пригласи тех, кто у камеры – режиссёра, главного оператора..." И вот в своих апартаментах в "Национале" он устроил этот приём. И там ещё был Дино де Лаурентис,*2 который приехал в Советский Союз уговаривать Бондарчука ставить "Ватерлоо".
Ну а насчёт того, что люди на приёме не знали и не узнали Коннери, это Володя присочинил. Не было там никаких осветителей, не было никаких костюмеров – только ведущая часть группы, которые прекрасно знали, кто такой Коннери.

М.Ц. – Высоцкий с Шоном Коннери после встречи в аэропорту больше не встречались?
Б.К. – Да нет, конечно. Коннери ко всем был равнодушен, что, впрочем, характерно для "звёзд" вообще. Они интересуются только собой.

М.Ц. – А когда Вы познакомились с Высоцким?
Б.К. – В начале 1960-х годов я на студии имени Горького был старостой автокружка. Мы с милицией договорились, что будем заниматься прямо на студии. Помню, в кружке были актриса Хитяева,*3 режиссёр Гурин...*4 Когда набралось тридцать человек, мне милицейский майор сказал: "Всё, хватит, прекращайте запись".
Выхожу я из комнаты, и тут догоняет меня парень невысокого роста. Говорит: "Ты староста?" Я ему сразу: "Мест нет". Он говорит: "Ну не надо так резко. Я Володя Высоцкий, актёр театра имени Пушкина, мне очень нужны права. Я тебя очень прошу – запиши меня, а я тебе песни свои подарю. Тебе что, песни мои не нравятся?" – "Нравятся, – говорю, – даже очень. Я думал, ты в тюрьме сидел". – "Да не сидел я!"
Походил он на занятия два раза и пропал. Я думал: и что с ним такое случилось? Однажды захожу в павильон, где снимался фильм "Карьера Димы Горина". Там Демьяненко был в главной роли, а Володя Высоцкий – в групповке. Вижу – на полу спит милиционер. Причём, мне показалось, что он не массовочный милиционер, а настоящий. Особого внимания, правда, я не обратил. Слышу – свистят мне. Поворачиваюсь – Володя. Я говорю: "Ну ты чего же, просил тебя записать, а на занятия не ходишь". Он мне: "Милиционера видел там?" – "Ну видел. И что?" – "Да был я в ресторане. Пристал какой-то мужик – спой, да спой! Ну я ему в харю дал. Теперь вот пятнадцать суток. С милиционером на съёмки хожу. А ты всё интересовался, сидел ли я. Вот – уже сижу!" Это был юмор классный! Вот такая была наша вторая встреча.
Третья встреча была в Москве через несколько лет, когда Марина Влади была почётным гостем Московского международного кинофестиваля, а я работал в дирекции фестиваля.
Сижу – вдруг открывается дверь, появляется Высоцкий, машет мне рукой. Я выхожу в коридор, он меня спрашивает: "Борь, скажи, Марина Влади – почётный гость фестиваля?" – "Володя, – говорю, – это не ко мне, это в международный отдел". – "Да ладно, ну ты же здесь работаешь, посмотри". Ну, Володя всегда напористым был, отказать никогда нельзя было.
Я пошёл, достал книжку, читаем... А Влади рядом с ним стоит – красавица в огромных очках на пол-лица. Я зачитываю: "Марина Влади, почётный гость". Володя спрашивает: "А может она жить у меня?" – Я ему: "Володя, ну ты вопрос задаёшь, на который тебе никто не даст ответ. Почётный гость – это значит, встречи разные будут, симпозиумы". – "А её буду возить, – говорит. – Ты мне будешь звонить, а я её буду подвозить, куда нужно". Марина смеётся: "А чего ты спрашиваешь, – ты же уже всё решил".
Я говорю: "Ну что я могу сказать... Ну пусть живёт у тебя". – "Вот и отлично! Я её буду подвозить. А ты мне звони и приходи на "Таганку"".
Я, к сожалению, приглашением не воспользовался, о чём теперь, конечно, безумно жалею. Я даже "Гамлета" в его исполнении не видел.
А последняя наша встреча была незадолго до его смерти. Мы столкнулись в коридоре на "Мосфильме", Володя там снимался у Швейцера в "Маленьких трагедиях". Он мне сказал, что выпускает пластинку, что Одесская студия, вроде бы, утверждает его на картину как режиссёра, что он выпустит скоро книгу стихов... В общем, такую радужную картину нарисовал!
Потом говорит: "Если я запущусь с фильмом, будешь у меня директором картины?" Я говорю: "Ну Володя, о чём ты говоришь! Конечно, буду". – "Ну, директор, куда тебя довезти?" – "Да никуда, Володя, мне ещё поработать надо". Вот так и расстались...

21.09.2008 г.

Рекомендуем: