Юрий Коваленко
В начале февраля Театр Наций привозит в Москву спектакль Марины Влади "Владимир, или Прерванный полет", поставленный два года назад по ее одноименной книге. Спектакль десять раз покажут на сцене Центра имени Мейерхольда. Он состоит из песен и крошечных новелл - печальных и забавных. Перед отъездом в Москву Марина Владимировна Полякова-Байдарова, она же Марина Влади, пригласила в гости парижского корреспондента "Известий". Актриса живет в парижском предместье Мезон-Лаффит, в доме, который приобрела более полувека назад.

"Он самая большая моя любовь"

вопрос: Мы встречаемся накануне дня рождения Высоцкого - 25 января. В этот день вы вспоминаете его как-то по-особенному?

ответ: Я вспоминаю о нем каждый день. Он самая большая моя любовь. Вообще сейчас я живу прошлым, вспоминаю моих сестер, моего последнего мужа Леона Шварценберга и всех, кто уже ушел.

в: Володя жил в этом доме, где мы с вами беседуем?

о: Да. Дом я купила сама после съемок в Италии. Мне тогда было 15 лет. Здесь с 1953 года жили все мы - четыре сестры и наша мама. Я сама посадила деревья в саду. И в этом доме, который стал нашим родовым гнездом, жил Володя.

в: Он не чувствовал себя в Париже в своей тарелке - не знал языка, публика не могла оценить его песни...

о: Володя же был "невыездным", и я шесть лет боролась, чтобы ему разрешили выехать. В конце концов, в 1974 году он получил разрешение. И мы с ним посмотрели весь мир. Оказавшись впервые в Германии и увидев, как живут немцы, он проплакал всю ночь. Он же был патриотом и плакал, что мы, победившие в войне, живем так плохо по сравнению с ними. Володя ужасно страдал... В Париже ему было интересно первые две-три недели. А потом рвался домой. Володя не мог жить без России, без своей публики, без своих песен. Но одновременно он умирал и без свободы. Его тянуло и туда, и обратно.

в: На Западе же его никто не знал.

о: Он был маленький, можно сказать, незаметный человек. Но когда он начинал петь, публика была потрясена. Режиссер Милош Форман вспоминал, как Володя выступал в Лос-Анджелесе: "Он вошел к нам как муж Марины Влади, а когда вышел, то Марина стала женой Высоцкого".

в: Он вам по-прежнему снится?

о: Это мой самый любимый сон: на улице золотая осень, и мы с Володей, взявшись за руки, летим вдоль бесконечной аллеи с большими деревьями. Но просыпаться ужасно - я сижу одна в постели и плачу...

в: Можно ли еще найти диск "Владимир Высоцкий и Марина Влади", на котором вы вместе исполняете его песни?

о: Его переиздали в Париже в 2007 году.

в: Вы поддерживаете отношения с друзьями Высоцкого?

о: У Володи друзей - вся Россия. Шучу, конечно. Настоящих друзей у него было мало. Я общаюсь с Юлей Абдуловой (дочка актера Всеволода Абдулова. - "Известия"), которая будет переводить в Москве французскую часть моего спектакля.

в: Вы, пожалуй, самая плодовитая французская актриса в литературном плане. Вы написали девять книг. Что побудило вас 20 лет назад впервые взяться за перо?

о: Сейчас я пишу десятую книгу, но на время подготовки спектакля мне пришлось сделать паузу. Писать же я стала после того, как Симона Синьоре сказала мне: "Ты должна рассказать о Высоцком, о твоей жизни в России". Мой старинный друг Крис Маркер (известный кинодокументалист, автор фильма об Андрее Тарковском. - "Известия") дал мне ключ к книге. Он посоветовал мне как бы продолжать писать письма Володе. И мне понравилось. За письменным столом я становлюсь свободным человеком. Этого я никогда не чувствовала как актриса, которой нужен текст и режиссер.

в: И что вы сейчас сочиняете?

Ко мне сегодня подходят люди и говорят: "Я был в вас влюблен" Я не воспринимаю это как нечто личное. Я была идеалом, которым все увлекалисьо: Не скажу. Я никому не рассказываю. Мне еще самой не ясно, что получится. Я по-прежнему пишу ручкой в тетрадке. Без компьютера.

в: Ваша последняя книга "На пляже, человек в черном" меня поразила предельной откровенностью, с которой вы рассказываете о своей жизни.

о: Я ненавижу всякую ложь. Я вообще ничего не скрываю и всегда пишу откровенно. Меня упрекали за то, что я рассказала, как Володя пил, кололся. Я даже не хотела публиковать свою последнюю книгу, но меня убедил мой друг-издатель Клод Дюран: "Ты пережила трагедию, которая может помочь другим людям в подобных ситуациях".

в: В книге "На пляже, человек в черном" вы говорите, что вас спасли от самоубийства две дворняжки - Кашу и Джаз, которые сейчас активно участвуют в нашей беседе...

о: Не только собаки, но и мои шесть канареек. Они живут у меня уже 15 лет. И конечно мои растения. За вами стоит кадка с огромным авокадо - это 30 лет назад дети посадили косточку. Я с ним никогда не расстаюсь. Ну а собаки меня любят бескорыстно. Я могу быть толстой, плохо одетой... Одно время у меня было семь собак, которых я забрала из приюта.

"Брижит Бардо просто копировала меня"

в: Что вы больше всего ценили в своих четырех мужьях - режиссере Робере Оссейне, летчике Жан-Клоде Бруйе, Высоцком и профессоре Леоне Шварценберге?

о: Прежде всего они были все талантливы - каждый по-своему. Кстати, они с симпатией относились друг к другу, что случается крайне редко.

в: Вашей руки и сердца добивались такие кинематографические столпы, как Жан-Люк Годар, Марчелло Мастроянни, Марлон Брандо, Орсон Уэллс. И вы всем отказали.

о: Нас связывали не любовь, а дружеские отношения.

в: Но они за вами ухаживали, хотели...

Симона Синьоре сказала мне: "Ты должна рассказать о Высоцком, о твоей жизни в России"о: А кто не хотел? (смеется). Сегодня, когда я в 70 лет подписываю свои книги, ко мне подходят люди и говорят: "Я был в вас влюблен!" Я не воспринимаю это как нечто личное. Я была идеалом, которым все увлекались. Годар был моим другом, которого я по-прежнему люблю. Но я никогда не была в него влюблена. Кроме того, я всегда была очень верной женой. Да, я нравилась Мастроянни, с которым мы вместе снималась. Но потом мы стали как брат с сестрой.

в: Ваш отец воспитывал вас, как мальчика, даже учил боксу. Наверное, отсюда такой железный характер?

о: Действительно, железный. Мой отец умер, когда мне было 13 лет. Он воспитывал меня так, чтобы я могла быть главой семьи, зарабатывать деньги, делать карьеру. Все так и получилось. Помню, в жюри Московского кинофестиваля, которое возглавлял Сергей Герасимов, я была единственной женщиной. Мы спорили 12 часов, кому присудить первую премию. Герасимов требовал дать "Войне и миру". Я билась до тех пор, пока первый приз не поделили "Война и мир" и замечательный венгерский фильм "Двадцать часов". Когда мы закончили, Герасимов сказал мне: "Ну, ты крепкий орешек!"

в: При этом вы человек очень эмоциональный.

о: Я всегда плачу, когда слушаю Марию Каллас или даже когда смотрю картины некоторых художников. Вся прелесть жизни заключается для меня в том, чтобы внешне быть крепкой и твердой, а внутри - очень нежной и сладкой. Без этих эмоций я не была бы актрисой.

в: Кто-то из парижских критиков назвал вас "тигрицей"...

о: Женщине приходится быть лучше и сильнее мужчин. Помимо своей карьеры я всегда занималась своими детьми и мужьями. Всю жизнь я боролась и побеждала. У меня такой темперамент. Да и по китайскому календарю я тигрица.

в: "Я останусь актрисой до последнего дыхания" - этими словами вы завершаете свою автобиографию "24 кадра в секунду". Вы, кажется, хотели бы еще сыграть Розу Люксембург?

о: Пьесу Вернера, посвященную последним двум неделям жизни Розы Люксембург, пока никто не поставил. В ней много действующих лиц, а у театров сейчас сложно с деньгами. На сцене я еще долго смогу играть 50-летнюю женщину - молодую по нынешним меркам. Сейчас мне предложили сыграть в пьесе "Дамы четверга". Это история про трех женщин, которые встречаются раз в неделю. Спектакль пойдет осенью в одном из парижских театров.

в: Я дважды видел вас в разных постановках "Вишневого сада" в роли Любови Андреевны Раневской. На мой вкус, это ваша лучшая роль в театре.

о: Чехов - мой любимый писатель. Я постоянно его перечитываю. Рада, что вам понравилась моя Любовь Андреевна. Хотя, мне кажется, я неплохо сыграла и Гертруду в "Гамлете"...

в: Помню, вы увлекались Мариной Цветаевой и даже играли ее в пьесе француженки Вероники Ольми "Переход".

о: О Цветаевой я многое узнала благодаря Белле Ахмадулиной. Однажды, выступая на сцене, она сказала: "А теперь я прочту о Марине". Я сжалась, покраснела, решив, что она будет читать обо мне. Но, конечно, это было о Цветаевой. Мы потом с Беллой долго смеялись.

в: Вам сегодня ближе театр или кино?

о: Вне всякого сомнения - театр. Театральная актриса - это моя профессия. Впервые вместе с родителями и сестрами я вышла на сцену, когда мне было три года. Чтобы меня видели, меня ставили на стол. Я пела и танцевала... Это не значит, что я не люблю свои роли в кино. Из 80 ролей, по крайней мере, двадцать мне по-настоящему удались.

в: У вас, кажется, было нешуточное соперничество с Брижит Бардо?

о: Никакого соперничества. Она просто копировала меня и об этом сама рассказала. Я начала сниматься намного раньше ее. Можно сказать, что я открыла новую эстетику. Я не гримировалась, была естественна и безыскусна. Никакая женщина не снималась тогда в платье без бюстгальтера, с распущенными волосами, обнаженная. Это был новый стиль. А Брижит с Роже Вадимом (известным режиссером русского происхождения, мужем Бардо. - "Известия") пошли по моим стопам.

в: В кино вы больше не вернетесь?

о: Для женщины моего возраста и стиля в кино ничего нет. Когда появляются отдельные "ролишки", на них бросаются по сто человек. Бороться за них мне неинтересно.

в: Следите ли вы за тем, что происходит в кино? Время великих звезд миновало?

о: Из нас делали богинь, мы были недосягаемыми звездами. А теперь актрисы похожи на продавщиц в супермаркетах. Я совсем не презираю продавщиц, но таких недоступных и загадочных женщин, какими были мы, больше не существует. Есть хорошие французские актрисы - как Жюльет Бинош - миленькие, но не красавицы.

"Я хотела бы поставить на Володиной могиле метеорит"

в: Вы, конечно, ощущаете себя француженкой?

о: Я чувствую себя человеком планеты Земля. Во мне одновременно живут французская, русская и итальянская культуры.

в: Кто-то сказал, что французу живется комфортнее, а русскому - интереснее.

о: В этом есть доля истины. Мне кажется, сейчас русские изменились и больше стремятся к комфорту. Деньги правят бал в России. В кризис богачам будет сложнее, но они не пострадают так, как люди бедные.

в: Любите ли вы путешествовать?

о: Я путешествую во сне. Да и время летит невероятно быстро. Поэтому терять время на путешествия - непозволительная роскошь.

в: Вы стали затворницей.

о: Я затворница в том смысле, что сижу дома, пишу, репетирую. Живу с природой. В молодые годы я занималась спортом и до сих пор много езжу на велосипеде.

в: У вас репутация гостеприимной хозяйки. Вы мастерица готовить разные блюда. Андрея Тарковского, например, вы кормили биточками, которые он очень любил.

о: Тогда уже тяжело больной Тарковский лежал в моем доме. И я горжусь тем, что нам удалось добиться того, что из Советского Союза выпустили его сына Андрея и его тещу. Я ходила к советскому послу. А Леон сделал все, чтобы продлить ему жизнь, и Андрей смог закончить монтаж своего последнего фильма "Жертвоприношение".

в: Главная черта вашего характера?

о: Стремление добиться поставленной цели. Сегодня для меня главное - играть и писать. И встречаться с семьей. В конце декабря у меня появился правнук Эрик, но я его пока не видела. Он живет в Парагвае. У нас с сестрами 14 детей и, я думаю, 30 внуков. Недавно мы со старшей сестрой Ольгой, единственной из сестер, которая жива, устраивали большой праздник. Нам вместе исполнилось 150 лет. Собрались все наши дети, внуки и правнуки.

в: Если верить опросу, большинство французов считают самым счастливым возрастом 65 лет. Все проблемы решены, дети выросли, деньги на безбедную старость накоплены.

о: И после шестидесяти можно жить хорошо, но наиболее полная и интересная жизнь - между 30 и 40. Много сделано. Все возможно. Есть дети. Что касается хорошей, милой, обеспеченной старости... Все думали, что у меня будет именно такая старость. Но я боролась с болезнями - у меня умирал муж. Конечно, бывают моменты, когда все неплохо и есть возможность играть в театре. Для меня подарок - выйти на сцену перед русской публикой и показать, что умею. Я же впервые буду играть в театре в России, там меня видели только в кино.

в: Ваш спектакль привозит в Москву Театр Наций. Все проблемы решены?

о: Я дважды разговаривала с Женей Мироновым. Он просил, чтобы большая часть спектакля была на русском языке, но я сказала "нет". Это французский спектакль. И вся прелесть в том, что я читаю Володины стихи и по-французски, и по-русски. Иначе исчезает общение между двумя культурами.

в: "Я больше уже ни в кого не влюблюсь, - сказали вы в одной телепередаче. - Я не хочу больше никаких романов... По крайней мере, не сразу".

о: Если я добавила последние слова, то только из кокетства. Я действительно не хочу никаких романов. Меня это больше не интересует. Я вообще живу другой жизнью.

в: У вас остались какие-то памятные вещи, связанные с Высоцким?

о: Сразу после его смерти, прилетев из Парижа, я отдала все его рукописи в РГАЛИ. А недавно отдала все его письма и фотографии, которые сделала за те годы. Оставила себе только листок, на котором его рукой записано последнее стихотворение: "Мне меньше полувека, сорок с лишним. Я жив, двенадцать лет тобой и Господом храним. Мне есть, что спеть, представ перед Всевышним. Мне есть, чем оправдаться перед ним". Я нашла этот текст после его отъезда. Когда он умер, я поняла, что это его последние стихи. Но потом я отдам и этот листок.

в: Есть ли еще неизвестный Высоцкий?

о: Возможно, остались стихи, написанные по пьяни или в ресторане на салфетке. Но я думаю, что его дети, создавая музей, попытались все найти. Я не в курсе. Я с ними не общаюсь и музеем не занимаюсь.

в: Вам по-прежнему не нравится памятник на его могиле?

о: Не по-прежнему, а навсегда. Это какое-то уродство - карлик с гитарой над головой. В своем спектакле я говорю, что хотела бы поставить на Володиной могиле метеорит, который мне подарил геологический музей Советского Союза. И художник Давид Боровский сделал очень красивый макет с метеоритом, на котором написано "Высоцкий" и даты его жизни. Удивительно красиво и имеет смысл - по небу пролетела звезда...

Рекомендуем: